Содержимое офиса и его внешняя оболочка оказывают существенное влияние на то, как мы с первого взгляда воспринимаем ту или иную компанию. В наши дни уже недостаточно организовать пространство таким образом, чтобы оно было удобным для работы. Офис сегодня – это «лицо» основателя фирмы, зримое выражение его стремлений и надежд. Порой эти помещения скромные и аскетичные, а иногда, наоборот, яркие и вызывающие, как их обитатели или принадлежащие им бизнес-идеи.
В первом номере нашего журнала мы решили рассказать об обустройстве и деятельности одного из самых инновационных офисов нашей страны. Московская школа управления «Сколково» по праву может стать одним из символов нашего времени, и не только потому, что там обещают обучать по передовым программам управленцев будущего. Настоящим явлением в России признано само архитектурное решение городка, где расположился комплекс зданий кампуса «Сколково».
Первое, что поражает в кампусе, – внешний вид здания. Резкие прямые линии кубов, уходящие в серое небо, необычные фасады, остекленные таким образом, что на абсолютно ровных стенах сооружения проявляются грани разных цветов и оттенков. Неожиданно другим, непохожим на свою внешнюю оболочку, здание оказалось внутри. Плавные круговые линии, большие пространства, переходящие друг в друга, уют, странным образом сочетающийся с рабочей обстановкой.
А началось все с того, что собрались учредители школы и стали думать: каким должно быть здание? Решили, что быть ему инновационным, под стать характеру самой школы: молодежной и крутой. Как-то раз очередное «заседание» проходило в кафе, и один из учредителей попытался нарисовать на салфетке картину Малевича «Супрематизм», как бы материально воплощающую архитектурную идею. Понравилось. Тогда и договорились – здание, по Малевичу, должно состоять из геометрических фигур, объединенных между собой кругом. Отправили идею на разработку архитекторам. Один из них, известный британский специалист Дэвид Аджая, очень обрадовался, получив такой заказ. И написал: это именно то, что он хочет построить, и по-другому школа выглядеть не может. Здание кампуса в России не должно быть таким, как Оксфордский или Кембриджский университеты, утверждал Аджая. Они имеют внутренние дворики, где студенты тусуются, переходят по улице из одного корпуса в другой. В Москве такого быть не может, потому что холодно, и желательно, чтобы все переходы были устроены внутри здания.
В кампусе есть все: ресторан, кафе, банк, магазины, гостиницы, прачечная. Нельзя не обратить внимания на огромные фальшокна в потолке – их около 50, они сделаны с одной целью: чтобы люди чувствовали себя 24 часа под солнцем, работали и учились при максимально естественном освещении.
После того как Дэвид Аджая построил здание, руководство «Сколково» пригласило российскую компанию сделать дизайн интерьера. Как только проект был закончен, а делали его довольно долго, его отправили Аджае. Он ужаснулся: «Господи, пожалуйста, ничего не делайте, я сейчас вышлю то, что необходимо». И прислал абсолютно новый проект.
Почему он все переделал? Та компания, которую попросили разработать интерьеры, выполнила их в стилистике внешней архитектуры здания. Но почему-то разработчики не задумались о том, что людям некомфортно долгое время находиться в помещениях, где сплошь острые углы. А у Дэвида все вышло по-человечески – в здании-городе появились площади, плавно переходящие в улицы, все стало очень удобно и красиво. И сегодня его обитатели чувствуют себя свободными, а не закованными в традиционные офисные клетушки.
Учебный процесс школы построен по принципу: преподавательская работа, лекции должны занимать даже не 50 процентов времени, а меньше. Студентам необходимо между собой больше общаться. Поэтому здесь так много диванов, уголочков, где можно уединиться. Множество маленьких переговорных: они устроены для того, чтобы люди могли работать в группах. Ведь цель обучения в «Сколково» – чтобы люди, ее окончившие, создавали свой бизнес, а не шли директорами в чужие компании.
Основное здание школы включает в себя несколько строений, объединенных в единое целое. В одной части кампуса расположены учебные кластеры (отсеки) с лекционными залами, аудиториями, переговорными комнатами. В другой части находится конгресс-холл на 660 мест. На диске 7 кластеров, названных для удобства навигации в честь стран и континентов (превалирует тема БРИК и развивающихся рынков). Всего в зоне диска 16 учебных аудиторий и 49 переговорных комнат. Есть две гостиницы, здание спортивного комплекса, где также расположена часть офисных пространств школы, административное здание, в котором находятся офисы программ декана и президента школы. Также на территории кампуса построены коттеджный городок для преподавателей и здание административно-офисного центра, в котором находятся технические площади для поддержки всей инфраструктуры кампуса и офисные площади, часть которых сдается в аренду внешним клиентам, инновационным компаниям.
С административным директором Московской школы управления «Сколково» Нареком Мативосяном мы встретились на верхнем этаже корпуса, где расположена часть офисных пространств школы, так называемая «зона корта».
– Нарек, почему так странно называется эта часть школы, как-то по-спортивному?
– Изначально по проекту здесь должны были располагаться два теннисных корта, а все здание предназначалось под спортивный центр. Но в какой-то момент руководство пришло к выводу: нужно, чтобы все сотрудники школы находились ближе друг к другу, так как основная жизнь происходит в кампусе, на диске. Решили переоборудовать корты под офисные помещения – по проекту Ярослава Ковальчука, молодого архитектора, который участвовал в строительстве академического корпуса. И буквально дней за 40 все переделали и даже отстроили второй уровень. Таким образом, теннисные корты, рассчитанные на небольшое количество людей, стали местом размещения 120 человек. Ярослав придумал специальные конструкции для второго уровня, достаточно легкие и не создающие нагрузок на перекрытие. Сегодня этот этаж мы больше используем для встреч и переговоров.
– Сейчас еще что-то строится?
– Я пришел в «Сколково» летом 2009 года, когда строительство кампуса было завершено процентов на 80. Поэтому большую часть внимания уделял организации той или иной системы сервисов внутри кампуса. Периодически изменялось назначение некоторых помещений – как, например, в случае с упомянутыми кортами. Сегодня проводятся лишь мелкие, локальные работы, а основное строительство завершено. Но мы растем, развиваемся. Появляется новое видение, как использовать то или иное пространство, как его оформить. Вот, скажем, крыша диска, здесь ведь тоже можно сделать что-нибудь полезное. Мы там уже построили беговую дорожку. В следующем году на крыше откроется летнее кафе, будет подключен фонтан. Есть у нас в планах и строительство стадиона.
Продолжение статьи доступно только подписчикам.