Прошедший год бросил нам очередной вызов. И если к части вопросов большинство из нас, давно работающих в административной сфере, были относительно готовы: понимали план действий, знали, куда бежать и что делать, то новая ситуация проявила себя в других нюансах. Одним из «больных» мест для многих компаний, особенно международных, стала остановка производств и отгрузок автомобилей европейский и американских производителей. Расскажу о своем опыте эксплуатации автопарка в новых условиях.
В силу специфики нашей деятельности 90% сотрудников обеспечиваются корпоративными машинами на период работы в компании. Поскольку мы максимально оптимизируем бизнес-процессы, весь наш автопарк находится в операционном лизинге. Вопросы, связанные с приобретением, выдачей, обслуживанием, страхованием, топливной программой, ремонтами, ответственным хранением и прочим, решает лизинговая компания. На стороне компании остается контрактовка машин и решение «сложных» вопросов, с которыми пользователи не могут справиться самостоятельно через лизинговую компанию.
В 2022 год мы вошли с необходимостью замены трети автопарка в связи с завершением срока контрактной эксплуатации автомобилей, который диктует наша внутренняя корпоративная политика, сотрудничая с двумя иностранными лизинговыми компаниями, чьими услугами мы пользовались, постепенно переходя из одной компании, назовем ее компания А, в другую, пусть это будет компания В. Процессы шли в целом более или менее отлажено: у нас были законтрактованы новые машины на первое полугодие 2022 года, и мы находились в активном процессе контрактовки машин на второе полугодие. Компания В выдавала новые автомобили с небольшим запозданием, обуславливая это задержкой производства на заводе из-за пандемии. Чтобы это минимально отразилось на наших процессах, партнеры предложили pre-delivery машины c пробегом из своего парка по очень привлекательным ценам и сроком контракта до 12 месяцев. Расторгнуть такие контракты мы могли в любой момент без штрафов, ведь это, по сути, подменные машины. Параллельно в период с декабря 2021 по февраль 2022 года в компании были скорректированы планы по подбору персонала, мы активно принимали новых сотрудников, заказывали для них корпоративные машины и брали подменные по схеме pre-delivery.
Время действовать
В конце февраля мы были поставлены перед фактом кардинальных изменений, а уже на следующий рабочий день обе лизинговые компании уведомили нас об остановке деятельности на территории РФ. После получения уточнений, что операционная деятельность по эксплуатации автомобилей по текущим контрактам не прекращается, мы стали оценивать ситуацию. Расклад показал, что до июля 2022 года все сотрудники обеспечены корпоративными автомобилями, подбор персонала временно приостановлен, а вот далее у нас завершаются текущие контракты, по которым обе лизинговые компании уведомили о необходимости возврата машин. При этом компания В добавила, что все заказанные с 2021 года машины мы с вероятностью 99% не получим. На стопе были и продажи машин у дилеров.
Коллеги из представительств международных компаний в России знают, что большинству из нас необходимо работать с глобальными партнерами строго в соответствии с корпоративными политиками. То есть просто купить машину на рынке и поставить ее на баланс не получится. Политики и правила обычно очень жесткие, и чтобы внести в них какое-то изменение, могут потребоваться месяцы на согласования. К тому же это не первый кризис, и многие компании в такие моменты привыкли брать паузу, чтобы понять, что дальше будет: а вдруг все уляжется и нормализуется.
Мы же, оценив ситуацию, поняли, что не можем занимать выжидательную позицию. Необходимо было срочно действовать, и поэтому мы запустили одновременно несколько процессов. Согласовали с компанией В, что все машины, взятые по pre-delivery, остаются с нами на 12 месяцев с даты получения. Запросили у текущих партнеров по лизингу возможность переуступки нам аренды машин уходящих с российского рынка компаний — их клиентов (в первой половине марта уже пошли в СМИ данные). Вели диалог в следующем ключе: поскольку ваши клиенты вынуждены уходить и досрочно расторгать контракты, а ваша компания на территории России заинтересована в сохранении текущих доходов, возможно, вы переуступите нам контракты покидающих рынок компаний. Также мы прорабатывали с глобальным офисом возможность перехода на локального подрядчика, оценивали российский рынок лизинговых компаний. Нам нужны были партнеры, которые не попадают в санкционные списки, не аффилированы с санкционными компаниями/физлицами, обязательно имеют парк своих автомобилей (дилеры тогда еще не продавали даже оставшиеся на складах машины) и оказывают услуги операционного лизинга.
Рынок тогда штормило. С нами вели переговоры компании, работавшие до февраля исключительно в финансовом лизинге, при этом обсуждая возможность предоставления операционного лизинга, или компании, находящиеся в регионах. Одновременно встал вопрос: что будут делать лизинговые компании с автомобилями, которые мы обязаны вернуть начиная с лета 2022 года? Ответ у них был однозначный: продавать. Таким образом, появилась идея найти партнера, который выкупит эти машины и снова сдаст нам в операционный лизинг.
В итоге в конце марта мы запустили конкурс среди отобранного пула потенциальных партнеров по трем направлениям: выкуп наших текущих лизинговых автомобилей по мере завершения контрактов в 2022 году с последующей сдачей нам в leaseback, расчет лизинга новых автомобилей (марки согласно действовавшей корпоративной политике) и расчет лизинга машин с пробегом из парков компаний, а также расчет лизинга новых автомобилей китайских брендов. По результатам конкурса и переговорам с головным офисом была принята следующая стратегия: переходим на локального партнера в максимальный операционный leaseback наших текущих автомобилей на 12 месяцев, при необходимости добираем автомобилями с пробегом на те же 12 месяцев. Так у нас появился третий партнер по операционному лизингу — компания D.
Продолжение статьи доступно только подписчикам.