В 1991 году одна из старейших школ Москвы № 149, расположенная в поселке Сокол, переехала в новое, только что построенное по соседству здание. А старый школьный особняк отошел журналистам первой в России ежедневной деловой газеты «Коммерсантъ» и после реконструкции стал настоящим домом для пишущей братии. По-семейному уютным – со столовой и спортивным залом с сауной,
и даже чуть-чуть буржуазным – с каминной комнатой, в которой проходят планерки и встречи с интересными людьми. Растет
Издательский дом, появляются новые журналы и приложения – разрастается и здание. О том, как офис «Коммерсанта» стал таким, каким мы можем увидеть его сегодня, нам рассказала руководитель службы эксплуатации Светлана Сахарова.
Светлана Сахарова закончила факультет гидротехнического
строительства Гидромелиоративного института с красным дипломом. Осталась на кафедре «Основания и фундаменты», защитила диссертацию по основаниям фундаментов гидротехнических сооружений. Работала в научно-исследовательском секторе этого же института в лаборатории безопасности плотин. В 1992 году пришла на работу в «Коммерсантъ» инженером-строителем.
Светлана, как по-вашему, почему «Коммерсанту» понадобился именно инженер-строитель?
– Тогда «Коммерсантъ» толькотолько переехал в новое здание. Мой
непосредственный начальник Капустин Николай Митрофанович, который осуществлял реконструкцию здания, стал заниматься вопросами его эксплуатации. Работы было много, и ему нужен был человек на подхвате. Вскоре начали возводить двухэтажную пристройку (сейчас там столовая), и получилось, что все это строительство оставили на меня.
Я была в шоке. Все, думаю, меня выгонят, я не справлюсь. Неделю при-
ходила на работу, садилась и смотрела в одну точку. Но дело есть дело,
и надо им заниматься. Открыла чертежи, просмотрела все конструкции, перечитала объемы выполненных работ и, когда во всем разобралась, пришла на стройку. А там строители расслабились без присмотра, сидят, ничего не делают. Я собралась с духом и говорю строгим голосом: «А что это мы не работаем? У нас рождественские каникулы, что ли?».
Принесли акты выполненных работ на подпись, смотрю – кирпича там
на кремлевскую стену хватит. Но как об этом прорабу сказать – взрослый
человек, а я его вроде как в воровстве уличаю. Заикаясь и бледнея, говорю: «У вас, конечно, больше опыта, может быть, я ошибаюсь в расчетах, но все-таки давайте вместе проверим, почему у меня цифры с вашими не сходятся». Он выхватывает у меня бумаги: «Сам посмотрю, что там не сходится». Вскоре приносит новые расчеты, уже меньше пошло кирпича, но все равно многовато. Сели вдвоем за документы, и все-таки я ему доказала, что мои цифры верны. Слышу – разговаривает по телефону со своим начальником: «Ну откуда я знаю, как
она там за неделю разобралась?».
Потом у руководства «Коммерсанта» появилась идея надстроить
пятый этаж, и я занялась новым проектом.
Что самое сложное в строительстве?
– У меня такое впечатление, что многие инстанции, с которыми надо
согласовывать строительство, созданы не для того, чтобы не допускать
каких-то нарушений техники безопасности, строительных норм, а
для чего-то другого. Они, как наперсточники, то и дело меняют правила
игры. Вот сколько лет работаю, а каждый раз, когда приходишь к ним, они, словно царевна-лебедь из рукава, достают очередную новую бумажку и начинают придираться. Доказать коррупционный интерес очень сложно, но раз есть документ, ты обязан ему следовать. Однако как ему следовать, если по одному вопросу уже есть множество бумаг, нередко взаимоисключающих?
Поэтому правая рука частенько не знает, что делает левая, и многие стараются этим воспользоваться в своих, не всегда честных целях.
Замечу, с каждым годом сложнее и сложнее что-то строить, потому
что все более громоздкой становится система, хоть и говорят, что бюрократии и коррупции стало меньше. Мне кажется, наоборот, с каждым разом все больше инстанций надо обежать, все больше бумажек собрать.
– Ругаетесь с бюрократами?
– Иногда просто руки опускаются – столько инструкций, и одна на другую ссылается, а та – на третью!
Ругаться смысла нет – стараюсь по возможности их выполнять, нахожу нестыковки и доказываю, что так, как я задумала, можно сделать по
правилам. Сама что-то придумываю или иду к юристам, бывает, опытные
знакомые советы дают.
– Вы так долго работаете на одном месте, не было желания что-то поменять?
– Работа затягивает хуже водки, есть в ней свой азарт. Правда, случился небольшой перерыв: пришлось уйти из «Коммерсанта», к счастью, не-
надолго. Как-то один корреспондент мне сказал: «У тебя такая замечательная работа. Вот я напишу заметку, кто-то ее прочитает, кто-то нет, а через день о ней вовсе забудут. А то, что ты сделала, существует сегодня, завтра, послезавтра и долго-долго». Вот иду по «Коммерсанту»: это я построила и это я построила. Хорошо устроилась – за чужие деньги реализую свои идеи и амбиции. А с тех пор как стала руководителем службы эксплуатации (эксплуатация здания, ремонты, электрохозяйство и водоснабжение, канализация, вентиляция, отопление – проще сказать, все ЖКХ), в зону моей ответственности добавились еще офисное снабжение и закупки, ремонт мебели и обустройство прилегающей территории.
– Со многими руководителя ми «Коммерсанта» приходится
согласовывать строительство?
– Обычно я иду к коммерческому директору Павлу Филенкову, у него
техническое образование, и ему два раза объяснять не надо, с полуслова понимает все тонкости моей работы. Советуемся – так и рождается,
например, оптимальная планировка. Но стараюсь все руководство держать в курсе дела. Иногда возникает потребность в каких-то незапланированных работах, соответственно, нужны дополнительные затраты.
Я обязана их обосновать, у нас не принято прийти и сказать: дай миллион. Каждый год в ноябре составляю годовой бюджет на эксплуатацию и строительство, который затем рассматривает и согласовывает руководство Издательского дома.
– Сколько человек у вас в подчинении?
– Около сорока. Причем электрики и сантехники дежурят посменно
круглосуточно, потому что редакция фактически тоже работает с утра до
ночи. Есть главный энергетик, руководитель хозяйственной группы, инженеры.
Продолжение статьи доступно только подписчикам.