Болезни современного клининга

Мы познакомились с Борисом Пузицким, директором департамента централизованных закупок и снабжения магазинов компании «Эльдорадо», на III Международной клининговой конференции.

Стоит сказать, что тогда его выступление на тему «Как ритейлеры выбирают поставщиков по клинингу» вызвало бурю эмоций со стороны участников мероприятия. Он затронул самые злободневные проблемы данного сегмента бизнеса — демпинг поставщиков, которые готовы заключать договоры себе в убыток, и озвучил факторы, по его мнению, влияющие на некачественное оказание клининговых услуг. Журнал «Административный директор» встретился с Борисом Пузицким, чтобы понять причины сложившейся на этом рынке ситуации и определить возможные способы решения проблем.

 

— Борис, как вы можете охарактеризовать сегодняшний рынок клининговых услуг?

— К сожалению, я не вижу четкой модели сотрудничества, которая давала бы заказчику уверенность в том, что работа с выбранным поставщиком будет долгой и эффективной. Пожалуй, это главная отличительная черта сегодняшнего клинингового рынка. И я действительно не понимаю, как в сложившейся ситуации проводить тендер на клининг. Это, конечно же, не означает, что «Эльдорадо» не проводит тендеры. Мы делаем это регулярно, раз в два года. Возможно, могли бы делать и реже, однако поставщики не готовы фиксировать цены на более длительный период, при этом в последнее время мы из года в год наблюдаем все больший демпинг цен, который устраивают участники наших тендеров.

— Как вы думаете, почему так происходит?

— В первую очередь из-за нестабильности законодательства и ситуации в стране. У нас слишком легко принимаются и отменяются законы: то новые патенты откроют, то уменьшат квоты для иностранных работников, то какие-то банки закроют… И все это влияет на наше сотрудничество с клининговыми компаниями, поэтому они и не готовы надолго фиксироваться свои обязательства перед нами.

— Каким образом закрытие банка может повлиять на ваше сотрудничество?

— Смотрите сами. Приходит недавно ко мне мой поставщик, директор клининговой компании, и говорит: «Мой банк закрыли, а там были все деньги. Поэтому если я не подниму стоимость услуг на 8%, мне придется отказаться от обслуживания ваших объектов». И это еще хорошо, что поставщик откровенно мне все рас

сказал. Было бы гораздо хуже, если бы он скрыл эту проблему. Последствия оказались бы непредсказуемыми. Поэтому я всегда прошу своих поставщиков: чтобы ни случилось, прийти и рассказать мне о своих проблемах, ведь совместно будет проще минимизировать потери и найти выход из создавшейся ситуации. Честность в отношениях — самое главное. Успешную систему сотрудничества определяет не наличие ошибок, а реакция на эти ошибки, важно уметь правильно на них реагировать.

— В чем вы видите основные проблемы проведения тендера на закупку клининга?

— Пять лет назад, когда мы начали проводить все закупки через электронную торговую площадку, результаты были прекрасные: цены объяснимы, качество предсказуемо.

Но с 2013 года аукционы каждый год стали показывать снижение цен на 10—15%. И как итог — провал некоторых выбранных нами поставщиков на проектах. Большей частью это связано со стремлением сэкономить, отыграть маржу, упущенную в процессе торгов. Что непременно сказывается на качестве предоставляемых услуг. Безусловно, мы пытаемся страховать себя от последствий этого необъяснимого демпинга: приглашаем в тендеры только проверенные компании с соответствующими объемами, выставляем им требования по финансовой безопасности и юридической чистоте, запрашиваем у финалистов данные о зарплатах уборщиц, налогах, хозрасходах. Однако предсказать то, что договор заключен поставщиком себе в убыток, мы не можем, так как точку безубыточности пока никто нам так и не показал. И цены по-прежнему продолжают снижаться…

— А вы не можете сами хотя бы теоретически установить ценовой критерий, ниже которого в тендере опускаться уже рискованно?

— Я не могу знать ценовую грань запрашиваемой услуги. Тендер — это как раз и есть попытка в условиях неопределенной информации собрать ее у поставщиков в быстром формате. Конечно, я понимаю, что в регламенте может быть заранее установлена минимально возможная цена. Но чтобы ее просчитать, необходимо обладать серьезной экспертизой в этом бизнесе, а если она у заказчика есть, зачем тогда ему аутсорсинг клининга. Поэтому мы и передаем эту экспертизу подрядчику в надежде, что он будет вести себя ответственно и разумно.

— Однако он все равно ведет себя неразумно?

— В большинстве случае. Зачастую в тендере «рулит» менеджер, который, скорее всего, и на объекте никогда не был. Его задача — победить в электронных торгах, а какой ценой — не важно. Бывает, что компания выигрывает, мы встречаемся на объекте с генеральным и финансовым директорами, которые подтверждают свои финальные цены, затем исполнители выходят на объект, и через месяц мы их дисквалифицируем… Вот поэтому мы всегда назначаем второго победителя, резервного поставщика. Если речь идет о магазинах, то сразу заводим двух поставщиков на регион и делим между ними объем.

— Похоже, мечтать о едином федеральном поставщике клининга не приходится?

— Слишком нестабильно все в этом бизнесе, плюс ко всему очень много людей в нем задействовано. Люди — это проблема XXI столетия, и весь век будет посвящен тому, чтобы минимизировать участие человека в процессах.